Новости Электротехники 1(115) 2019





<  Предыдущая  ]  [  Следующая  >
Журнал №2(14) 2002

АРХИВ



Подготовила Ольга Клифус, Новости ЭлектроТехники

«В конце концов, чьи именно будут инвестиции - наши или иностранные, – это вообще второстепенный вопрос. А все время находиться в состоянии протекционизма – это развращает». Борис Алешин, глава Госстандарта России. Ведомости, 14 февраля 2002, С. А5.

Вы согласны? И лет сто назад не все авторы и читатели журнала «Электричество» согласились бы с таким утверждением. Об иностранном участии в электротехнической жизни Российской Империи говорилось в предыдущем выпуске «Архива». Продолжаем эту тему.

На освоенный Сименсом - казалось, безграничный - электротехнический рынок России пришли конкуренты. Шуккерт, Гелиос, F&G (Фельтен и Гийом), Лоренц и главный соперник AEG (Allgemeine Elektricitats - Gesellschaft – Всеобщая компания электричества) - настолько осложнили бизнес «старожила», что в мае 1894 года Карл Сименс вел переговоры, правда, безуспешные, о продаже всех предприятий в России князю В. Тенишеву. Сделка не состоялась, но такое предприятие Сименса, как «Общество электрического освещения 1886 года», пришлось реорганизовывать, а вместо Карла Федоровича, 41 год возглавлявшего русское предприятие фирмы, назначили нового управляющего – Германа Гёрца. Гёрц, кстати, настаивал на расширении числа русских в высшем руководстве компании и даже предлагал назначить на свое место Доливо-Добровольского (служившего, впрочем, в AEG).
К слову сказать, директора производственных российских филиалов крупных немецких фирм и руководители контор по продаже получали по западноевропейским меркам совсем немного – от 12 до 20 тыс. рублей в год, инженеры фирм – 10 тысяч рублей, руководители отделов – 5-6 тысяч. (Курс золотого рубля в то время составлял $0,5 или 2 DM).

Первая электрическая станция в г. Якутске

Знаменитое нынче детище берлинского инженера и предпринимателя Эмиля Ратенау – AEG (Всеобщая компания электричества) почти на 40 лет моложе своего блестящего предшественника, конкурента, партнера и «заклятого друга» - фирмы Сименс. Отложим «про запас» историю самой компании. Упомянем только следы ее русской «дочки»: электростанции (например, в Костроме и Якутске), заводы (скажем, Харьковский электромеханический - нынешний ХЭМЗ - это завод Всеобщей компании электричества), государственные заказы для военно-морского флота. В 1911 году на Невском заводе строили подводные лодки по «малой кораблестроительной программе»: «Нарвал», «Кит» и «Кашалот». Снаряжали их буквально всем миром. Электрооборудование поставляли Русское общество «Всеобщая компания электричества» и «Шуккерт и Ко». Главными двигателями надводного хода должны были стать дизели германской фирмы MAN (в итоге установлены американские New-London). Главные электромоторы были заказаны заводу «Сименс и Гальске», аккумуляторные батареи – парижской фирме «Травайль Электрик де Мэто», компрессоры и помпы изготавливались в США, перископы – в Италии. А всего за 1912-1913 годы Всеобщая компания электричества произвела электротехническое оборудование для 7 линкоров, 6 крейсеров и 17 миноносцев России.
Одним из первых Э. Ратенау обратил внимание на «несерьезную» бытовую электротехнику. В сборнике «Электричество в домашнем обиходе и промышленности», выпущенном Всеобщей компанией электричества в 1913 году, опубликована первая в России реклама «электрических волососушилок» - фенов мощностью 500 ватт и весом 700 грамм.
Почтеннейшей публике объясняли, что «сушилки» могут применяться не только парикмахерами, но и при мытье домашних животных, для согревания постели, сушки обуви, белья, фотопластинок, а также при лечении ревматизма и подагры. Стоили они 15 рублей. (Для сравнения: в 1908 году все 12 томов «Школы современного электротехника» обошлись бы вам в 20 рублей, а «Наставленiя для оказания помощи въ несчастных случаях отъ действия электрическаго тока» – в 10 копеек).



С 1895 по 1899 гг. капиталовложения российских предпринимателей в электротехническую промышленность и энергетику составили 22,3 % от всех инвестиций. Остальное - иностранный капитал, в котором преобладали немецкий (42,5 %) и бельгийский (30,3 %).
Правительство поощряло иностранные электротехнические концерны к созданию в России дочерних производств. За 10 лет начала ХХ века иностранные инвестиции в дочерние электротехнические предприятия выросли на 65 %, и, как считают некоторые историки, к 1913 году доля ино-странного капитала в электротехнической промышленности России достигала 70 - 90 %.
Несмотря на такой финансовый поток, в электроэнергетике страна по-прежнему отставала от Западной Европы и САСШ (Североамериканских Соединенных Штатов) по количественным показателям. Но, заметьте, не по качественным! То есть начальные параметры пара, удельный расход топлива, единичные мощности турбин и электростанций в России были такими же, как и на крупнейших ТЭС за границей.
Изучая данные о размерах и структуре инвестиций в электротехнику и энергетику России, аналитики отмечают, что энергетика начала развиваться темпами, опережающими развитие экономики страны, что было непременным условием здорового состояния общества и его энергетической безопасности.


Рис. 1
Швейцарская фирма C. Maier въ Schaffhausen“е выставила рядъ масляныхъ выключателей, а также чрезвычайно компактно устроенные ящики для работы съ двигателями высокаго напряженiя (рис. 1). Такiе ящики содержатъ въ себе трехполюсный масляный выключатель (до 8.000 в.), автоматическiя максимальное и минимальное реле, амперметръ и муфты для присоединенiя кабелей.

Выставка въ Турине (1911 г.).
Электричество, 1912, №1.



Рис. 2
Гальванометры съ одной точкой опоры. Роберт В. Поль в Лондоне построил целый рядъ переносных приборовъ съ подвижной катушкой, но оригинальнаго типа, который даетъ возможность получить чувствительность, въ сотни разъ превосходящую чувствительность подобныхъ приборовъ. (...)
Приборы снабжены арретиромъ для подвижной рамки и приспособленiемъ для установки указателя на нуль. Магнитъ и подвижная рамка тщательно изолированы отъ корпуса: ноль помещается либо въ середине, либо въ начале шкалы.
Приборы описаннаго типа очень полезны при точныхъ измеренiяхъ низкихъ напряженiй; съ шунтами, недорогими по цене, они могутъ служить амперметрами для очень большихъ силъ тока. (Рис. 2).
А. Ферингеръ.
Новейшие измерительные приборы
(Обзоръ). Электричество, 1912, №1.


В декабре 1897 г. Петербургская городская управа и российское представительство немецкой компании «Гелиос» заключили договор, по которому «Гелиосу» сроком до 1937 года предоставлялась концессия на электроснабжение города. Российское отделение компании возглавлял тогда Павел Ратнер (уже электрифицировавший Варшаву). Позднее, в 1900 г., учредили АО «С.-Петербургское общество Электрических сооружений», к которому перешли все права по концессионному договору между «Гелиосом» и управой.
Как только игра пошла по крупному и дело коснулось концессий на освещение и электроснабжение городов, «электротехническая общественность» заволновалась: «В виду слухов и газетных известий о предположении Городского Управления передать дело электрического освещения центральных мест Петербурга в руки иностранных компаний, VI отдел, принимая близко к сердцу интересы русской электротехники, постановил обратиться в совет с просьбой войти к г. Министру финансов с ходатайством...».
Челобитная Русского Технического общества звучала так: «преследуя интересы отечественной промышленности, с одной стороны, и отнюдь не желая, с другой, чтобы оказываемая ей поддержка отразилась невыгодно на потребителях или стеснила их в каком бы то ни было отношении, - могло бы предложить со своей стороны следующие меры:
1. Чтобы правительственные и общественные заказы по предметам электротехники производились русским компаниям или фирмам, предложившим одинаковые условия с иностранными, и даже в том случае, если бы для русских пришлось допустить некоторые льготы.
2. Чтобы при утверждении Министром финансов уставов электротехнических обществ и товариществ или допущении к предприятиям в России иностранных компаний на них налагались два существенных обязательства:
— чтобы вся материальная часть предприятия по электрическому освещению, передаче работы и другим предметам электротехники изготовлялась в России и из русских материалов, кроме таких, которых невозможно получить в России;
— чтобы большинство, и притом значительное (9\10), в личном составе, как техников, так и рабочих, было на стороне русских подданных».


Похоже, что прагматичные местные власти в России не придавали таким выступлениям большого значения. По договору с Городской думой «Общество 1886 года» пользовалось монопольным правом электроснабжения Москвы в течение 50 лет.
В 1902 году общество «Унион» (Германия) приобрело концессию на снабжение Киева электроэнергией сроком на 40 лет и передало заключенный договор основанному им Киевскому электрическому обществу.
На практике Русское Техническое общество (напомним: издававшее свой журнал «Электричество») в какой-то степени могло влиять на ситуацию, давая технические или экономические консультации при заключении концессионных договоров или для подготовки правительственных решений, и в результате правительство обязало иностранные фирмы и концессионные предприятия иметь в составе технического персонала определенное количество русских специалистов.
С началом первой мировой были приняты указы, ограничивающие деятельность «вражеских подданных». Предприятия, принадлежавшие им, ликвидировались или национализировались. Исследователи замечают, что хотя на эти меры правительство шло неохотно, с 1915 года законодательство становилось все жестче. Предприниматели пытались уходить из-под удара, передавая акции подставным лицам, маскируясь под бельгийские или швейцарские компании.
По данным «Специального комитета по борьбе с немецким засильем при министерстве торговли и промышленности», граждане Германии участвовали примерно в половине всех русских акционерных обществ, но доказать это было трудно, хотя, к примеру, «Общество 1886 года» и «Электропередачу» антинемецкие мероприятия затронули.

Кто только не зарабатывал капиталы в России, развивая в то же время ее энергетику и промышленность! Некоторые производили «здесь», кто-то импортировал «оттуда» — многих мы даже не упомянули. Л. Нобель и Г. Филипс, Броун - Бовери (половина будущего концерна АВВ), Эрликон, заводы «Тюдор», Робей, Шихау, Бейхельта, Даймлер, Эшер-Вист etc.
Обещания «защитить отечественного производителя», торговые войны, антидемпинговые расследования. Многие страны мира время от времени накрывают эти волны, а общественные настроения раскачиваются от принципов либерализма - к державности и протекционизму и обратно. Эта история бесконечна, как сказки Шахерезады:
«Россия отказывается от безоглядного принятия иностранных капвложений. Стремясь обезопасить отдельные секторы национальной экономики от притока зарубежных инвестиций, правительство утвердило (...) типовое соглашение, позволяющее ему регулировать иностранные капвложения».

А. Беккер. «Не все инвестиции хороши».
Ведомости, 14 февраля 2002, С. А3.





Очередной номер | Архив | Вопрос-Ответ | Гостевая книга
Подписка | О журнале | Нормы. Стандарты | Проекты. Методики | Форум | Выставки
Тендеры | Книги, CD, сайты | Исследования рынка | Приложение Вопрос-Ответ | Карта сайта




Rambler's Top100 Rambler's Top100

© ЗАО "Новости Электротехники"
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции
При цитировании материалов гиперссылка на сайт с указанием автора обязательна

Segmenta Media создание и поддержка сайта 2001-2019